Злейшие в мире муравьи

Аргентинские муравьи захватили все континенты за один век. Можно ли их остановить?

Я вела борьбу с муравьями около года прежде чем стала интересоваться паттернами их поведения. Моя военная тактика против захватчиков была в духе типичного эко-нерда из Сан-Франциско. Я использовала нетоксичный спрей из апельсиновых корок чтобы отогнать их (на самом деле это неплохо работает) и разместила ловушки с нетоксичным сахарным ядом рядом с трещинами, которые они использовали, чтобы проникнуть в дом. Но эти маленькие коричневые насекомые производили впечатление неудержимых.

Злейшие в мире муравьи «Аргентинские муравьи / Linepithema humile». Фото №1

Они набрасывались на свои цели, казалось бы, из ниоткуда. Я могла оставить кошачью еду и, вернувшись через 45 минут, обнаружить толстую извилистую линию муравьев, снующих между щелью в стене и их целью. Если я блокировала след ядом, то они появлялись из другой трещины со стороны кухни. Или у основания лестницы. Или в моей ванной. По необходимости я провела много времени, наблюдая за этими неутомимыми насекомыми, преодолевавшими все препятствия. И после всех наблюдений начала замечать вещи, которые заставили меня задаться вопросом — кто же эти насекомые на самом деле?

Когда мои соседи поливали растения на нашем заднем дворе, я видела, как муравьи выбегали из кирпичных трещин, пытаясь спастись от воды. Присмотревшись, я обнаружила, что в своих челюстях они несли белые пучки, в которых узнавались яйца и личинки. Эти муравьи спасали свой выводок от водного апокалипсиса не обращая внимания на людей.

Позже, наблюдая за группой муравьев, марширующих по моей кухне, я обратила внимание, что один из них был огромным — вдвое больше, чем типичный работник, с вытянутым в форме пули животом. Я наблюдала королеву муравьев, следующую через мою кухню. Это было впечатляюще и действительно волнительно. Никогда не слышала о муравьиных королевах, передвигающихся под открытым небом. Я думала, что они машины по откладыванию яиц, вроде Королевы Чужих, которые никогда не покидают глубочайшие уровни гнезда.

Сделав снимок, я начала сравнивать ее с изображениями других муравьиных королев в Калифорнии. Быстро стало ясно, что она была членом Linepithema humile, в просторечии известном как аргентинские муравьи (хотя они также происходят из Бразилии и других стран Южной Америки). И только теперь до меня дошел весь масштаб проблемы. Один из наиболее агрессивных видов муравьев в мире поселился в моем доме.

 

Мир Linepithema humile

L humile — это не ваш стереотипный вид муравьев, с одной королевой и множеством работников, которые трудятся в одном гнезде. У аргентинских муравьев есть несколько маток на колонию, их количество может достигать 300 на каждую тысячу работников. Это делает их практически неубиваемыми с помощью ядовитых ловушек, которые работают по принципу того, что работники приносят вкусные токсины к королеве, чья смерть разрушает колонию. Когда есть много королев, это не является эффективной стратегией.

Аргентинские муравьи являются необычными и в других вещах. Они не строят одно большое гнездо с большим количеством туннелей и комнат. Вместо этого они живут во временных сетях неглубоких гнезд, которые меняются изо дня в день. Именно их способность резво передвигаться большими группами помогла таскать еду моего кота столь быстро — и вот почему они были в состоянии собрать свои яйца и бежать от наводнения в моем заднем дворе как хорошо подготовленные бойцы. Даже когда они не убегают от человеческих садоводов, им все время приходится переносить свои яйца между гнездами. Королевы и рабочие постоянно перемещаются из гнезда в гнездо, редко оставаясь на одном месте долгое время.

Несмотря на свое название, аргентинские муравьи жили на территории Соединенных штатов в течение более 120 муравьиных поколений, которые равны примерно году из-за их короткого срока жизни. Это была борьба. Окружающая среда в Северной Америке сильно отличается от тропических экосистем, где данные насекомые изначально эволюционировали.

 

Злейшие в мире муравьи «Аргентинские муравьи / Linepithema humile». Фото №2

Аргентинские муравьи выращивают червецов, похожих на тлей, на оранжевом дереве в Дэвис, Калифорния. Муравьи доят насекомых для получения выделений — сладкого нектара

Эти муравьи должны были стать городскими видами, чтобы выжить, обитая почти исключительно в городах и сельскохозяйственных районах, где водопровод и орошения обеспечивают воду, в которой они отчаянно нуждаются. Целиком благодаря людям, аргентинские муравьи стали доминирующим видом муравьев в городах Калифорнии, изгоняя десятки местных. Сегодня они фактически вторглись в большинство земельных массивов мира, в том числе Северную Америку, Европу, Австралию, Африку, Азию и достаточно много островов.

Эти захватчики также развили социальное поведение, которое заметно отличается от поведения их родственников в Южной Америке.  Они стали умело жить в городах, создавая сети гнезд внутри и снаружи человеческих домов и добывая воду из труб, которые обслуживают их ленивых человеческих соседей. Они также стали более мирными, или хотя бы менее воинственными. В своих естественных средах обитания, аргентинские колонии часто сражаются друг с другом на границах своих территорий. В остальном мире такое поведение очень редко.

Аргентинские муравьи за рубежом из разных колоний относятся друг к другу как двоюродные братья, воюя очень редко. Благодаря доступным ресурсам городов и не имея естественных врагов, они в настоящее время процветают. Муравьиный прогресс по всему земному шару напоминает человеческий. Наблюдение за незваными гостями моего дома неосторожно затянуло меня в одну из самых увлекательных историй видовой экспансии в новейшей истории.

 

Иммиграция насекомых в 19 веке

В течение почти двух столетий судьба L. humile была плотно переплетена с судьбой Human Sapiens. Все началось, когда муравьи прибыли в Калифорнию — как и люди, на грузовых судах. В джунглях Южной Америки L. humile жили в относительно небольших колониях, сосредоточенных вокруг деревьев. Хотя они могут есть практически все, аргентинские муравьи любят выращивать тлей и червецов и доить этих едоков листьев из-за их сладких выделений. Мы не знаем многого о хищниках среди муравьев, но энтомологи вроде Алекса Уайльда наблюдали войны между колониями в их родных ареалах. Вполне возможно, что эти внутривидовые военные держали свое население под контролем.

Уайльд также отмечает, что нет «ничего особенного» в этих муравьях, которые колонизировали большую часть мира всего за столетие. «Их рабочие просты и невыразительны» говорит он. «У них нет толстой брони или обширных колючек (как у других видов). Они довольно хлипкие». Каждое эволюционное развитие является компромиссом, и аргентинские муравьи выжили, производя, по словам Уайльда «дешевую армию роботов». В их естественных ареалах обитания эти хлипкие муравьи живут очень небольшими размерами популяции, которая ограничивается их более бронированными соседями.

 

Злейшие в мире муравьи «Аргентинские муравьи / Linepithema humile». Фото №3

Пуэрто Росарио в 1868 году, где аргентинские муравьи, возможно, стали попадать на борт и нашли свой путь в мир. Генетический анализ показывает, что большинство аргентинских муравьев в мире ведут свою родословную от тех насекомых, которые жили рядом с этим портом

Но в 19 веке ситуация стала меняться. Люди вторглись в среду обитания муравьев, превращая километры деревьев в города, которые обслуживали международные компании, занятые импортом и экспортом всего — от сахара до рабов. Невозможно сказать когда именно аргентинские муравьи попали на борт грузового судна и пересекли Атлантику вместе с другими растениями и животными. Энтомологи впервые наблюдали их за пределами Южной Америки в Новом Орлеане и на острове Мадейра, у побережья Португалии в 1880-ые годы. Показательно, что это происходило рядом с портами, в которые приходили грузы из Аргентины.

Ученый-эколог Нил Цуцуи из Калифорнийского университета в Беркли приложил немалые усилия, чтобы выделить последовательности генома L. humile и выяснить, где возникла группа, попавшая в Америку. Он и его международная команда коллег опубликовали результаты анализа в 2011 году. Они сравнили геномы аргентинских муравьев в Калифорнии с теми, которые присутствуют в нативных популяциях, и Цуцуи рассказал Ars Technica, что они были удивлены результатами.

«Я ожидал, что их родиной будет Буэнос Айрес, но на самом деле им оказался город выше по течению под названием Росарио. Оказывается, что в конце 19 века, когда муравьи отправились в свое путешествие, Росарио был более крупным портом, чем Буэнос Айрес. Так что имеет смысл считать его в качестве источника колонизаторов», — сказал он.

Генетические данные подтверждают идею о том, что муравьи проложили свой путь из порта Росарио по всему земному шару. Последующие наблюдения в Соединенных штатах показывают, что они «нелегально» ехали из Нового Орлеана на поездах и в конечном итоге прибыли в Калифорнию в 1904 году. Грузовики, возможно, развезли их по всему штату. Но как такие хрупкие существа выжили в этих путешествиях внутри гигантских машин и превратились в настоящие империи насекомых? С их бесконечными королевами и кочевым образом жизни, они, как оказалось, обладают уникальной адаптивностью.

 

Сезоны жизни муравьев

В Стэндфордской лаборатории Деборы Гордон находится группа ученых, которые наблюдают за жизнью аргентинских муравьев в естественных условиях. Они ходят к маленькой треугольной рощице из деревьев, которая с трех сторон огорожена асфальтовыми дорожками. Так как аргентинские муравьи адаптированы к человеческим ландшафтам, лучшее место, где их можно найти — это среди людей. Одним безоблачным днем в конце июля, я присоединилась к ученому магистранту Дилану МакАртуру-Вальцу в его походе по местным гнездам.

Для того, чтобы отслеживать передвижение насекомых, постоянно меняющих свои гнезда, ученые вроде МакАртура-Вальца рисуют муравьиные карты. Деревья (и одна корзина для мусора) представлены в виде больших кругов и служат для ориентировки в районе исследования. Мы смотрим на трещины и дыры, в которые заползают муравьи, они аккуратно обозначены на карте как гнезда. Тропы обозначены волнистыми линиями, нарисованными карандашом. Некоторые из них ведут к другим гнездам, другие — к верхушкам деревьев, где муравьи выращивают тлей. Муравьи, которые спускаются со стволов, наполнены нектаром, их животы вздуты и полупрозрачны.

«Так мы можем понять, что они что-то там съели» — объясняет МакАртур-Вальц, указывая на распухших насекомых.

 

Злейшие в мире муравьи «Аргентинские муравьи / Linepithema humile». Фото №4

Дилан МакАртур-Вальц держит карту передвижения аргентинских муравьев, часть исследования лаборатории Деборы Гордон в Стэндфордском университете

Если какой-то шаблон в расположении сети аргентинских муравьев Стэнфорда, или же их поведение — это «хаос и приспособляемость?» — задается вопросом он.

Дебора Гордон, которая возглавляет лабораторию, в которой МакАртур-Вальц ведет свое исследование, говорит, что аргентинские муравьи имеют как правило 20-30 гнезд как часть постоянно развивающейся сети. Отдельные муравьи идут по тропам между гнездами, а матки и выводки распределены между несколькими муравейниками. Пока мы пробирались через листья в поисках троп, МакАртур-Вальц объяснял, что он наблюдал за муравьями в течение года, став свидетелем одного цикла их трансформации.

В зимний период их сеть сократилась всего до двух гнезд, которые были расположены внутри крепких деревьев. Остальная область была захвачена другим видом, который называется зимние муравьи. По мере приближения весны зимние муравьи отступали, и два гнезда аргентинцев вновь расширили свою сеть до 20-30 гнезд в течение нескольких недель. В этом микромире хорошо видно как эти муравьи смогли распространиться по всем континентам на планете.

Но весна — не только сезон экспансии. Для аргентинских муравьев это также время ежегодной жертвы. Вдали от человеческих глаз, в неглубоких туннелях под стволами деревьев и под землей, рабочие муравьи убивают 90 процентов своих королев. По некоторым оценкам количество королев сокращается с 30 процентов от популяции до менее чем 5. Сложно сказать почему рабочие делают это в начале брачного сезона, Цуцуи назвал это «таинственным и странным поведением».

До сих пор ученые не могут ответить на вопрос, меняет ли это ежегодное жертвоприношение генетический состав колонии. Судя по всему, королевы погибают вне зависимости от возраста, здоровья или генетического родства с оставшимися сестрами. После того, как королевы получают свое наказание, начинается брачный сезон. Макартур-Вальц показал мне линию муравьев, несущую крошечный белый выводок от входа в гнездо, которое располагалось у основания их «зимнего дерева» в другой муравейник, находящийся в трещине коры.

Результаты брачного сезона можно наблюдать везде, хотя есть еще некоторые дамы и господа, ожидающие спаривания. На заднем дворе у себя дома в Сан-Франциско я наблюдала за двумя крылатыми самцами, неуверенно передвигающимися по пути между гнездами. Каждый год в течение короткого периода, неспарившиеся королевы и самцы отращивают крылья, чтобы улететь к новым гнездам и привнести в них генетическое разнообразие. Самцы которых я видела, вероятно, собирались улетать или только приземлились в поисках местных королев.

 

Городские захватчики

Когда я спросил Гордон о муравьях в моем доме, она объяснила, что они, возможно, живут в гнезде, которое построили в моем доме. Я могла видеть оживленные тропы между гнездами на заднем дворе и щелями в здании. Теперь я представляю их в стенах, передвигающихся вокруг старых частей изоляции и столетних опорных балок. L. humile полагаются на уже готовые структуры в поисках убежища и воды.

«В Сан-Франциско есть два пиковых периода, когда они проникают внутрь домов. Зимой и когда идет дождь, они приходят по трубам, потому что внутри тепло и сухо», — объясняет Гордон.

 

Злейшие в мире муравьи «Аргентинские муравьи / Linepithema humile». Фото №5

Слева — часть района исследований в кампусе Стэндфордского университета, где ученый-магистрант Дилан МакАртур рисовал карту гнезд аргентинских муравьев. Справа — главный вход в зимнее гнездо аргентинских муравьев в кампусе Стэндфордского университета

Но пиковое время — в сентябре и октябре, когда снаружи жарко и сухо. Они прокладывают свой путь вперед, идя по следу конденсата от трубы. Если они пришли в ваш дом и решили, что это место приемлемо, королева и несколько рабочих придут внутрь. Вопреки распространенным представлениям, муравьи не проникают в жилища чтобы найти пищу. В основном они ищут воду, а «пища, судя по всему, лишь дополнительный бонус» — говорит Гордон.

Так что если вы удивляетесь почему в ваш дом словно по часам каждую зиму и лето вторгаются муравьи, то причина в естественном жизненном цикле этих насекомых. Они живут в той же самой среде что и вы. С их точки зрения это вы пытаетесь вытеснить их из жилища, которое принадлежит муравьям по праву — и они выкинули бы вас наружу если бы могли. Именно такую стратегию поведения они использовали по отношению к большинству местных муравьев в Сан-Франциско.

 

Злейшие в мире муравьи «Аргентинские муравьи / Linepithema humile». Фото №6

В лаборатории Деборы Гордон в Стэнфорде небольшая группа муравьев-жнецов переносит семена в клетке. Исследователи покрасили ее стены флуоном, скользким веществом, которое отгоняет муравьев от выхода

Чтобы защитить территорию, аргентинские муравьи нападают на другие виды муравьев, но в основном они заставляют их голодать, потребляя все ресурсы. Уайльд объясняет стратегию насекомых, сравнивая ее с Walmart:

«Их колонии связаны в более широком масштабе, так что индивидуальные гнезда могут долгое время работать в убыток, пока не выдавят конкурентов из бизнеса. В Калифорнии, колонии местных муравьев локальные и маленькие. Аргентинцы распространяют гнезда и могут импортировать в них ресурсы откуда угодно. Они управляют гнездами-сателлитами в убыток, подобно нашим большим франшизам».

Аргентинские муравьи разрушают природные экосистемы, вытесняя местных муравьев. Энтомолог Университета штата Иллинойс в Урбана-Шампейн Энди Суарес рассказал, что местные муравьи оказывают ценные услуги окружающей среде, и когда аргентинцы их вытесняют, последствия приходится ощущать на себе сразу нескольким видам.

К примеру, калифорнийские муравьи-жнецы закапывают семена глубоко в землю и аэрируют почву, что очень полезно для деревьев. Но когда аргентинские муравьи изгоняют жнецов, почва получает меньше абсорбента и деревьям достается недостаточно воды. Кроме того, муравьями-жнецами питаются прибрежные рогатые ящерицы. Без жнецов эти ящерицы могут вымереть. «Уход местных видов рушит экосистему» поясняет Суарес.

В конечном счете аргентинские муравьи не только убивают других муравьев — они вредят также деревьям и ящерицам, а их потеря соответственно будет влиять на другие виды, и так далее, что потенциально может стать причиной десятков вымираний, вызванной одной очень упорной группой вредителей.

 

Злейшие в мире муравьи «Аргентинские муравьи / Linepithema humile». Фото №7

Исследователь Г.И. Ли изучает муравьев-древоточцев в лаборатории Деборы Гордон в Стэнфорде. Муравьи создают комнаты внутри этих пластиковых чашек, ухаживают за выводком и хранят пищу

 

От войны к суперколониям

Суарес, который составил карту глобальной экспансии муравьев, рассказал, что они уже колонизировали США с поразительной скоростью, потому что они достигают новых мест обитания на неестественных скоростях. Как и люди, они передвигаются с помощью поездов и грузовиков. Это единственный вариант объяснить их появление в Калифорнии в 1904 году, менее чем через два десятилетия после того, как их впервые заметили в порту Нового Орлеана, ногами они бы не могли так быстро преодолеть это расстояние. Показательно, что большинство ранних наблюдений аргентинских муравьев в США происходило в городах вдоль железнодорожной линии Sunset Limited, которая тянулась из Нового Орлеана в Лос-Анджелесе через Техас.

Так что благодаря современным средствам передвижения одна небольшая группа муравьев из порта Росарио смогла колонизировать большую часть США и большинство стран мира. Это создало генетическое бутылочное горлышко, известное как «эффект основателя», из-за которого генофонд сжимается каждый раз, когда популяция основывает новую колонию, затем еще и еще одну и так далее. В результате почти каждый аргентинский муравей в Калифорнии состоит в родстве между собой. Генетически они образуют нечто, что некоторые ученые называют «суперколонией». Калифорнийская суперколония также тесно связана с суперколониями в Японии и Испании. И это стало причиной странного нового вида поведения у этих муравьев.

Как отмечалось ранее, в Южной Америке эти местные муравьи ведут войны — одна колония бьется с муравьями из других. Гордон объясняет, что каждый муравей имеет тонкий слой смазки, покрывающий все его тело, по запаху которого его собратья могут выяснить, откуда он пришел и что делал в последнее время. Цуцуи говорит, что любой муравей, который пахнет запахом другой колонии, будет атакован. Но этого почти никогда не происходит в Калифорнии. Когда аргентинские муравьи из разных колоний встречаются, они обнюхивают друг друга и движутся вперед. То же поведение демонстрируют аргентинские муравьи из Японии и Средиземноморья. Если же разместить группу насекомых из разных стран вместе в лаборатории, что сделала одна из команд ученых, они относятся друг к другу как соратники.

Гордон предупреждает, что это не означает будто все аргентинские муравьи в Калифорнии функционируют как единая колония, они не делятся пищей, гнездами или выводком. Но они и не воюют друг с другом. Инвазивная версия гласит, что аргентинский муравей стал генетически и поведенчески отличаться от своих предков в Южной Америке. Потеря стремления бороться друг с другом также имеет очевидные преимущества. Межколониальная война без сомнения ограничивала их популяции у себя дома. Но в Калифорнии они могут расширяться не опасаясь каких-либо естественных хищников, в том числе и себя.

 

Злейшие в мире муравьи «Аргентинские муравьи / Linepithema humile». Фото №8

Аргентинские муравьи в Австралии совместно пьют сахарную воду

 

Муравьиная коммуникация

Это не означает, что муравьи время от времени не представляют для себя опасности. Вот пример: несчастные люди часто обнаруживают большую груду мертвых аргентинских муравьев в своих морозильниках. Почему они продолжают ползти к ледяной смерти даже после того, как многие их соратники умерли? Это оставалось полнейшей загадкой до тех пор, пока Гордон, Цуцуи и другие ученые не разобрались в том, как эти насекомые общаются.

Как и большинство муравьев, L. humile передает информацию своим партнерам с помощью химических веществ, называемых феромонами. Они могут смешивать десятки химических комбинаций из органов по всему телу, извергая их в воздух или оставляя на земле. Возможно лучшим примером этой коммуникации является простой феромоновый след, смесь двух химических соединений, которую аргентинский муравей оставляет на земле, чтобы дать сигнал соратникам — «следуйте сюда!».

Что является необычным в аргентинских муравьях, так это то, что они оставляют этот феромоновый след постоянно. Это может помочь насекомым завербовать друг друга для своих операций по поиску и добыче пищи («просто следуй по тропе, которую я уже создал!»), но также может быть смертельным, если тропа ведет в морозильник. Гордон считает, что братские могилы в морозильниках становятся результатом всего одной неверной тропы. Один предприимчивый муравей находит привлекательный аромат в морозильной подкладке, забирается внутрь, а затем замерзает прежде, чем сможет убежать. Его собратья идут за ним, и чем больше их приходит, тем сильнее становится феромоновый след позади. В конечном счете это приводит к странным, постоянно растущим кучам замороженных муравьев — а также серьезно огорченным людям, которым не нравится есть еду, покрытую мертвыми насекомыми.

В лаборатории Цуцуи в Беркли, исследователи пытаются взломать код муравьиных феромонов. Они уже зашли так далеко, что можно сказать, будто они могут немного разговаривать на языке аргентинских муравьев. Чтобы сделать это, команда использовала газовый хроматограф и масс-спектрометр для химического анализа, а также совсем не технологичные бумагу и проволоку для манипулирования насекомыми.

Сначала исследователи тщательно проанализировали химические вещества, оставленные аргентинцами, которые прошли по проволоке чтобы добраться до пищи. Их цель состояла в том, чтобы расшифровать след муравьиного феромона, который оказался комбинацией двух химических элементов, привлекавших других муравьев. Затем команда Цуцуи синтезировала свою версию химического вещества чтобы посмотреть, привлечет ли аргентинцев она. Это сработало.

Добавление феромона еще одного муравья сделало след более привлекательным, так что Цуцуи считает, что они в настоящее время обнаружили два химических вещества, которые привлекают данных насекомых. Далее команда ученых выяснила как изменить химические вещества на коже L. humile, чтобы соратники не признавали его в качестве компаньона. После его применения насекомые напали друг на друга. Теперь люди по точно знают две фразы на языке феромонов аргентинского муравья: «следуй по тропе!» и «Атакуй!».

 

Злейшие в мире муравьи «Аргентинские муравьи / Linepithema humile». Фото №9

Хотя муравьи используют, возможно, сотни других химических соединений для коммуникации, Цуцуи думает, что мы знаем теперь достаточно, чтобы эффективно бороться с вредителями в наших домах.

«Если вы разместите жидкую приманку с феромонами, то сможете привлечь больше муравьев и потратите меньше пестицидов. Мы будем тратить меньше яда, используя язык муравьев чтобы повлиять на их поведение», — говорит он.

После этого Цуцуи хочет расшифровать тревожный феромон: «если вы увидите их бредущими по тропе и дунете на них, они попытаются разбежаться. Это происходит потому, что они испускают феромон тревоги, предупреждая товарищей, что происходит что-то страшное. Он распространяется по всему воздуху. Мы хотим идентифицировать состав данного феромона». Тревожные феромоны также могут использоваться для борьбы с насекомыми.

Гордон обнаружила, что феромоны — только часть уравнения муравьиного языка. Как она объясняет в своей захватывающей книге «Столкновения муравьев: взаимодействие сетей и поведение колоний», у муравьев нет иерархической структуры, в которой королева говорит рабочим что им делать. Вместо этого они обладают стихийным интеллектом, когда муравьи определяют действия отслеживая поведение своих собратьев. По мере того, как аргентинцы взаимодействуют друг с другом на тропах или в гнездах, они используют свои усики чтобы учуять запах смазки на коже друг друга. Различные активности отражаются на запахе — и муравей может понять когда его соратник работал в гнезде, собирал пищу на улице или занимался другим делом.

Муравьи следят за частотой, с которой им встречаются другие собратья, и если они например, замечают внезапное увеличения количества тех, кто несет пищу, они скорее всего откажутся от своей работы и начнут заниматься тем же. То же касается и других действий. Чем больше муравьев делает что-то, тем скорее остальные начнут делать это тоже. Таким образом, аргентинские муравьи распределяют труд в зависимости от потребностей, а не от предопределенного плана. Это может объяснить почему во многих муравьиных колониях можно обнаружить большую группу «ленивцев», которые просто сидят в гнезде и ничего не делают. Они ждут действия феромона или примера товарищей.

Поведение аргентинских муравьев отличается от стереотипа, который часто можно встретить в популярных фильмах вроде «Муравья Антца», согласно которому каждому муравью от рождения принадлежит определенная роль и он следует ей пока не умрет. Вместо этого поведение L. humile динамично. Дворник может стать добытчиком пищи если потребуется. Все зависит от того что они чуют и как много их них делает что-то определенное.

 

Может ли быть мир между людьми и аргентинскими муравьями?

Никто из тех, с кем я беседовала, не сказал ничего хорошего об аргентинских муравьях. Уайльд сравнил их с Боргами из Стар Трека, которые существуют только для того, чтобы ассимилировать другие виды. Гордон рассказала, что не держит их в своей лаборатории, потому что они могут попасть в контейнеры к другим насекомым, она проводит больше времени с муравьями-жнецами. Суарес начал свое объяснение их негативного влияния на окружающую среду со слов «я не хочу казаться предвзятым к определенному виду, но…».

Даже Цацуи, который пытается коммуницировать с муравьями, надеется, что его исследования позволят нам создать лучшие инсектициды. В отличие от обычных муравьев, аргентинцы не приносят пользы окружающей среде. Они убивают своих соседей и вторгаются в человеческие дома. Лучшее, что можно сказать о них — то, что они очень хорошо адаптируются, как заметил МакАртур-Вальц. С другой стороны, аргентинские муравьи очень похожи на индустриализированных людей. Чтобы полностью избавиться от них, нам придется ограничить привычный городской образ жизни.

 

 

Это означает отказ, например, от разбрызгивателей для полива газонов, ведь муравьи очень любят использовать их в качестве источника воды. Нам придется научиться приспосабливаться к природным экосистемам в землях, в которые мы вторглись, а не пытаться превратить каждую в пышный зеленый рай. В Калифорнии, говорит Суарес, это также легко (или сложно) как и позволить окружающей среде вернуться к ее натуральному, сухому состоянию.

«Аргентинским муравьям требуется гораздо более влажная окружающая среда, чем та, что естественна для Калифорнии. Города создают воду». Все что нам нужно сделать, это избавиться от наших «зеленых лужаек», посадив «чапараль и шалфей, которые высушат все вокруг чтобы помочь окружающей среде, пригодной для местных видов, и аргентинские муравьи перестанут появляться». Уайльд согласен с Суаресом: «просто перестаньте поливать свой газон и вы решите проблему аргентинских муравьев».

Мои соседи и я уже пробовали данный метод, наш задний двор засажен местными суккулентами и цветами. Тем не менее я обнаружила два новых гнезда L. humile в груде сырых листьев, собранных в последней месяц под кустами. Наблюдая за тем, как муравьи убегают — возможно подвергаясь действию своего тревожного феромона, обнаруженного Цуцуи — я ничего не могла поделать с тем, что чувствовала жалость к ним. В конце-концов я разрушила их временные жилища. Поэтому я оставила небольшой кусочек измельченного фрукта с одного из наших деревьев рядом с одним из муравьиных входов.

Зовите меня антропоморфайзером если хотите. Но даже если мы усадим все вокруг местными растениями, города все также останутся пронизанными водопроводными трубами, которые помогут L. humile пережить любую жару. Возможно мы сможем снизить их численность, но не изгнать совсем. Они жили в Калифорнии 120 лет, что эквивалентно 120 поколениям. Почему мы всегда воспринимаем их как захватчиков? Может быть стоит научиться жить с ними в гармонии?

К сожалению для тех из нас, кто симпатизирует этим насекомым-иммигрантам, жить вместе с муравьями означает убивать некоторых из них. Мы пока не владеем языком аргентинских муравьев в достаточной степени, чтобы вежливо попросить их прекратить вторжение в наши дома и экосистемы. Но, используя яды и иссушая свои дворы мы можем управлять их численностью таким образом, что они будут наносить меньший вред другим животным.

Оказывается, лучший способ покончить с вторжением аргентинских муравьев — это понять как живут эти существа. Вместо того, чтобы везде распылять Raid, найдите входы в гнездо и запечатайте их. Почините текущие трубы в своих стенах. Помните, что они только сезонные захватчики, так что они не будут рядом с вами все время. Я снизила количество муравьев в своем доме до приемлемых значений просто заделав часть дыр, с помощью которых они проникали внутрь. Если я вижу, что они начинают проникать со стороны их любимой трещины рядом с кошачьей кормушкой, я размещаю жидкую приманку с ядом и сахаром. Это отвлекает муравьев от кошачьего корма. Плюс они несут отраву в гнезда и она распространяется среди членов колонии. Выбирая яд, я также минимизирую их влияние на все другие жизненные формы вокруг меня.

Несмотря на свои сложные системы взаимосвязи, мои муравьиные сожители пока не усвоили, что пластиковые сахарные коробки означают смерть. Нет, я не в состоянии изгнать их полностью, но могу смириться с ними до тех пор, пока они придерживаются своей территории на заднем дворе. Можно сказать, что я достигла с муравьями чего-то вроде перемирия, как минимум на данный момент.

 


Эннели Ньювитз — редактор разделов культуры и техники портала Ars Technica. Она также автор книги «Рассеивание, адаптация и воспоминание: как люди будут выживать при массовом вымирании видов», и ее первый роман будет опубликован в 2017 году.

Подписывайтесь на Квибл в Viber и Telegram, чтобы быть в курсе самых интересных событий.