Колин Ферт о «Бриджит Джонс 3», британскости и переменах Рене Зеллвегер

  • 14 Сен, 2016

«У настоящего британца на лице всегда констипация».

В прокат вот-вот выйдет «Бриджит Джонс 3» — возвращение после 12-летнего перерыва самой смехотворной героини в истории романтических комедий. Бриджит уже 43, но она все так же разрывается между мужчинами. Один из этих кавалеров, Колин Ферт рассказал «Ленте.ру» о том, почему ждать третьей серии пришлось так долго.

Колин Ферт о «Бриджит Джонс 3», британскости и переменах Рене Зеллвегер. Фото №1

Британский актер Колин Ферт (Colin Firth)

 

Впервые о «Бриджит Джонс 3» заговорили еще в 2009 году. Почему работа над фильмом в итоге так затянулась?

Колин Ферт: Думаю, задача как-то продолжить историю этих персонажей изначально была довольно сложной. Помните финал предыдущей серии? Что можно придумать после такого однозначного хэппи-энда? Как сочинить сюжет, достойный этих персонажей, который бы не разочаровал многочисленных фанатов «Бриджит Джонс»? Так или иначе, разговоры о еще одном сиквеле действительно шли уже давно — пять или шесть лет назад даже должны были начаться съемки, но что-то не срослось.

Сценарий много раз переписывался, менялись режиссеры — причем с нами, актерами, тоже продюсеры постоянно консультировались на этот счет, мы тоже разминали свои драматургические мускулы. Но по-настоящему достойный сценарий появился только года полтора назад — и тогда оставалось найти свободное окно для съемок в графике всех причастных к проекту. Это в принципе-то непросто — организовать съемки фильма, а когда тебе нужно снова собрать вместе все тех же людей, так и вовсе почти невыполнимо.

 

Хью Грант вот ухитрился как-то избежать съемок в новой серии. У вас такого соблазна не было?

Нет, хотя и не могу сказать, что после второй «Бриджит Джонс» я так уж стремился эту историю развивать. Скорее, мне было безразлично, будет еще одно кино или нет. Но шло время, и перспектива вновь сыграть Марка Дарси мне казалась все более и более заманчивой.

 

Почему?

Все просто — он постарел. Как и все остальные персонажи «Бриджит Джонс». А разменяв пятый десяток, они все стали намного интереснее. Ведь то, что в тридцатилетнем кажется милой причудой, в сорокалетнем часто выглядит опасной, даже демонической чертой, запущенной привычкой. Что, как вы понимаете, открывает большой простор для юмора. Вот, кстати, почему еще придумать новый фильм про Бриджит Джонс было так проблематично — требовалось, чтобы эти персонажи снова стали смешными, чтобы про них снова было естественно шутить. Комедия вообще в кино самый сложный жанр, как мне кажется.

 

Колин Ферт о «Бриджит Джонс 3», британскости и переменах Рене Зеллвегер. Фото №2

Кадр из фильма «Бриджит Джонс 3»

Марк Дарси был такой вариацией на тему мистера Дарси из «Гордости и предубеждения». К третьему фильму он стал кем-то большим, чем просто пародия на один из главных архетипов английской культуры?

Думаю, даже уверен, что да. В первом фильме все, что от меня требовалось — быть в правильной степени чопорным. По большому счету, Марка как полноценного персонажа тогда не существовало — он был лишь объектом, на который Бриджит проецировала одно из своих представлений о том, какими должны быть мужчины. А Бриджит, как вы понимаете, склонна к оглушительным заблуждениям. Но чем лучше она его узнает в следующих фильмах, тем более цельным персонажем Дарси становится. Его, конечно, все считают таким замкнутым, самодурным британцем с причудами, неспособным проявлять свои чувства. Мне же он, наоборот, кажется очень чувствительным персонажем, таким страстным, что он не знает, как эмоции выразить.

 

Можно ли считать Дарси самым британским по духу из всех сыгранных вами героев?

Ну, скажете тоже! Дарси — не типично британский персонаж, он — пародия на типично британского персонажа, такой доведенный до абсурда и гротеска образ английского джентльмена.

 

Легко ли было к нему возвращаться после 12-летней паузы?

Вовсе нет. Вот какое дело: у меня память, как у рыбки из пруда в Гайд-парке: как только съемки заканчиваются, я напрочь забываю все, что знаю о персонаже. Ничего с собой в обычную жизнь не беру. Так что наверняка поклонники «Бриджит Джонс» знали Дарси намного лучше меня — я не помнил предыдущих фильмов. Мне даже пришлось пересмотреть первую картину, чтобы себе напомнить, что и как я там играл. Ну и перед съемками нервничал, признаюсь. Но когда мы все вместе собрались вновь, это было похоже на встречу старых друзей, и мне оставалось только опять найти правильную интонацию.

 

Какова она в случае этого персонажа?

Мне нравится, как Дарси охарактеризовала режиссер Шерон Магуайр. Она ехидно спросила меня, как всего одним приемом показать доведенную до абсурда британскость? Я ей говорю: «Не знаю, Шерон. А как?» «У настоящего британца, такого, как Дарси, на лице всегда констипация читается!» — отвечает и хохочет, как полоумная. Но если вдуматься, то она права. Вот он, ключ к пониманию персонажа! (смеется).

 

Вам не надоело уже служить в современном кино таким патентованным британцем, воплощением разных граней национального стереотипа?

Почему нет? Сказал бы мне кто об этом, когда я подростком фанател от Сида Вишеса и делал ирокез на голове. Хотя… Сид Вишес же не менее патентованный продукт британского образа жизни, чем королева Елизавета и Джеймс Бонд и ему подобные, как, например, мой персонаж из фильма Kingsman. Черт возьми, похоже, я всегда был обречен на эту судьбу. Что поделать, Господь и родители одарили меня именно таким лицом. На котором читается… Ну, вы поняли.

 

Колин Ферт о «Бриджит Джонс 3», британскости и переменах Рене Зеллвегер. Фото №3

Кадр из фильма «Бриджит Джонс 3»

Постарел к новому фильму не только Марк Дарси, но и сама Бриджит Джонс. Она не стала менее смешной от того, что теперь растерянных, распутных и склонных позориться на публике героинь в кино намного больше?

Ну, все-таки Бриджит была на этом поле одной из первых. Оригинальное, аутентичное посмешище в юбке — точнее, конечно, в бабулиных трусах! Мне кажется, с возрастом она стала даже смешнее — появился элемент ускользающего времени: еще чуть-чуть, упусти эти герои еще один шанс найти любовь, и могут остаться в одиночестве уже до конца жизни. Рене Зеллвегер по-прежнему как никто умеет передать все ее ужимки — и быть при этом не только смехотворной, но и трогательной, теперь, после всех перемен и прошедших лет, даже больше, чем раньше. К тому же, Бриджит очень смешно не поспевает за современным миром — на этом, кстати, у нас достаточно много шуток выстроено. Про Марка я и вообще не говорю.

 

Да, когда он защищает в суде русскую панк-группу с названием не менее непристойным, чем Pussy Riot, на него страшно смотреть.

Не помню, кто придумал эту сюжетную линию, но мне она нравится. Достаточно абсурдна! Ну и мы хотели, чтобы Марк был вынужден произносить словечко вроде pussy — и чудовищно краснеть в процессе.

 

А почему Дарси все время тянет обратно к Бриджит?

Ну а как вы думали? Он же больше не знает никого и не в состоянии ни познакомиться с кем-то еще, ни набраться сил выстроить новые отношения. Tinder, что ли, он себе установит? Это немыслимо. Поэтому только Бриджит. Тем более он всегда активизируется, когда появляется достойный соперник. Чем, к слову, примечательна третья «Бриджит» — здесь нет такого антигероя, каким был Хью Грант. И мой персонаж, и герой Патрика Демпси — хорошие, хотя и очень разные парни, так что выбирать Бриджит особенно тяжело. Для Дарси это значит, что все его достоинства и недостатки только усугубляются — он делается в три раза чопорнее и неуклюжее, если это вообще возможно.

 

Что вам самому интереснее играть — по-настоящему травмированных, измученных персонажей, как в «Шпион, выйди вон!» или «Одиноком человеке», или пародию на них — романтических горе-страдальцев из комедий?

Мне нравится быть разным, и, к счастью, такие роли требуют от тебя активизации разных, не одних и тех же актерских мускулов. Где-то нужно что-то в прописанном сценарием персонаже раскопать. В другом кино достаточно театрального преувеличения типичных человеческих черт и недостатков. Больше всего я, пожалуй, люблю роли, которые сочетают в себе комедию и драму, ничтожество и пафос, самоиронию и экзистенциальную тревогу. Как, например, Георг VI в «Король говорит!». Или Вальмон. Или Макс Перкинс из «Гения». Я всех их одинаково люблю. И решительно не помню, как именно их играл.

Подписывайтесь на Квибл в Viber и Telegram, чтобы быть в курсе самых интересных событий.